Рыбаки у фонтана
Дафния Кастель, перевод Георгия Осипова

 
Главная     Тексты     Лирика     Фото     Звуки     Гостевая
 

Нечто вытекало и плавно падало в водоём с прерывистым плеском. Это могла быть и вода.

Напившись вдоволь, они уселись наблюдать дальше.

- Чтобы поудить хорошенько, нужно время! - сонным голосом вымолвил один.

- Не шуми! - сказал другой. Чистые капли взлетали и дробились на солнце. Высокие тёмные деревья бросали изящные тени поверх лужайки подстриженной травы. Было так жарко, что алые цветы вокруг бассейна согнулись от зноя.

Сначала появилась жрица, огромная, высокая и прекрасная, с лоснящейся от жира кожей, и затейливыми рогами из слоновой кости. Она бросала камешки на узорчатый алтарь, доставая их из кошелька, и, нагнувшись, читала по ним предзнаменования. Разложив пряные душистые ветки на ритуальном жертвеннике, она устроила свежее подношение. Почуяв запах, рыбаки заулыбались от удовольствия. Кстати, подул ветерок, навевая жертвенный дым им под самый нос, и небо стало темнеть, словно перед грозой, однако вскоре снова показалось ослепительное солнце во всей красе.

Жрица поклонилась и протанцевала сложный танец, пришли и удалились прихожане-почитатели, так протёк весь тот день в пышном достоинстве.

На закате, когда отпечатки ног почитателей потемнели от росы, один из рыбаков подцепил что-то когтем в бассейне. Бегло осмотрев добычу, он довольный, выронил её на траву. Голая бесчешуйная тварь попробовала уползти, но он придавил ее ногой - не спеши.

Чуть погодя его товарищ по ту сторону проделал то же самое. Оба привстали и нахохлились, их взгляды стали бдительнее. "По-моему, пора" - вымолвил один, икнув от предвкушения.

Из темнеющего узора ветвей вышла жрица в сопровождении двух жрецов-ассистентов. Они волокли парочку спотыкающихся от ужаса и боли созданий, которые сжимали клочки одежды, тяжело дыша пересохшими глотками.

- Кто вы такие? - задыхаясь, спросило создание, что повыше - Что мы здесь делаем, как мы сюда попали? Мы все еще на Земле, или где?

Их аккуратно поставили рядом возле бассейна.

- Вы всё еще на земле, - подтвердила жрица, - Вы мужчина и женщина, и вы всё ещё живы. Другие вопросы были оставлены ею без ответа.

- Но мы... мы, - произнесла женщина, запинаясь от недоверия, - мы были дома, светили звёзды и мы любили друг друга... а здесь ещё только вечер.

- Время не одинаково. - последовал ответ. - Мы видели многих из вас. У каждого своё время. Сейчас вы находитесь в почётном месте. Кланяйтесь им. Она указала в сторону самодовольных рыбаков, и женщина отшатнулась, выпучив глаза от страха. Жрец, стоявший сзади, стал нагибать её силой, медленно, долго и ритуально. Второй служитель культа проделал то же самое с мужчиной, чтобы тот выразил почтение.

- Джон, кто эти... ЭТИ? - взвизгнула женщина. Её спутник только покачал головой, он молчал, не отрывая глаз.

- Кто из вас принёс жертву? - поинтересовалась жрица. Они смотрели на неё, не понимая. Она спокойно повторила вопрос:

- Один из вас осуществил жертвоприношение в благоприятный момент. Кто именно?

- Не делали мы никаких жертвоприношений, - хрипло огрызнулся мужчина.

- Все вы так говорите, - жрица раздражённо пожала плечами. - Но иначе быть не могло.

Гладкие спины рыбаков покрылись складками от удовольствия, однако ни один не выпустил слепых созданий, что корчились у них под ногами.

- Что ж, выбирайте теперь, - произнесла жрица. - Коль вы такие забывчивые.

- Что происходит? - спросила женщина, в сумерках черты её лица напряглись.

Жрица была раздражена:

- Сказано вам - один пойдёт в жертву. Другой будет жить и становится почётным слугой вот этих, - её массивная фигура поклонилась в сторону бассейна.

Женщина всхлипывала, хватаясь за мужчину:

- Я не понимаю, как такое могло случиться, и почему это случилось с нами? Это какой-то сон, ужасный кошмар.

- Да нет, - вымолвил мужчина, рассматривая рыбаков и тонкие длинные ножи жрецов, - Нет, никакой это не сон.

- Значит мы должны что, умереть? - спрашивала женщина по-детски. Ответом было презрительное молчание. - Но это ужасно, умереть от рук этих тварей. Они даже не люди. А я хочу жить и жить!

- Ты будешь жить, конечно, - сказал мужчина. В его голосе прозвучало слабое удивление, и рыбаки изогнулись в беззвучном хохоте. - Если кто и должен, - он замешкался, и обернулся к жрецам. Те смотрели на него громадными холодными глазами, угрожающе сверкали стальные ножи.

Звонкие капли продолжали падать на прохладный мрамор, угас даже слабый ветерок. Листва деревьев смотрелась чёрным оперением на фоне того, что осталось от заката.

- Нет, - прошептала женщина, ощерившись от страха, - отдать жизнь за меня, чтобы я осталась одна в этом жутком месте? А потом они придут и за мной.

- Но я должен умереть, - сказал мужчина с мольбой в голосе, - ради тебя, правда! Я люблю тебя.

Она будто не слышала. Взвизгнув по-звериному, она кинулась на жрецов. Они оказались не совсем готовы к ее рывку, и как ни старались её удержать, она угодила им на ножи и, соскользнув, затихла, маленькая, окровавленная.

Жрице это не понравилось:

- Это против правил жертвоприношения, - зловеще вымолвила она, и взоры жрецов потупились в сокрушении.

Они подступили к мужчине, который, похоже, не обращал на них внимание. Его лицо было обращено к мёртвой. Его губы слегка шевелились, бесцветные и бесшумные.

Он умирал куда более медленнее своей подруги, ибо такие дела требуют строгого соблюдения церемонии. Потом жрица смазала камешки кровью и сотворила ряд других подобающих ритуалов. После чего она и её спутники поклонились водоёму и удалились, предоставив ночи окутать тьмой останки на его краю.

В траве и белом мраморе еще теплились страдания и боль, а камни сохраняли угасающий жар покинувшего их солнца.

Рыбаки оставили свой улов, тот давно прекратил трепыхаться, и выступили вперёд, молча и невозмутимо, как денди.

- Теперь можно и поесть, - заметил разговорчивый. - Интересный получился вечер. А там, глядишь, и ещё кого выудим.

- Не шуми, - повторил другой.

На главную страницу